Отлагательное право

Читать Зависимость правовых последствий сделки от отлагательного и отменительного условий онлайн (полностью и бесплатно) страница 2

Отлагательное право

§ 1. История

Рассмотрение понятия сделки с отлагательным или отменительным условием необходимо начать с краткого обзора истории этого понятия. В развитии понятия сделки с отлагательным или отменительным условием можно выделить четыре периода.

(1) Период римского права. Обсуждая отлагательные условия сделок римского права, прежде всего хотелось бы обратить внимание на отсутствие у римлян определения отлагательного или отменительного условия.

Особенность римской юридической техники состояла в том, что определений римляне избегали.

Известнейшим является сформулированное Яволеном правило, согласно которому “в гражданском праве всякое определение чревато опасностью, ибо ничто не может быть определено навеки” (Яволен. Дигесты Юстиниана. 50, 17, 202).

В римском праве была разработана теория одного лишь отлагательного условия.

Отсутствие в римской юриспруденции понятия отменительного условия отмечают многие исследователи. В частности, Ч. Санфилиппо пишет о том, что в тех случаях, которые современный юрист назвал бы отменительными условиями, римские юристы достигали результата окольным путем, путем определения сделки как “чистой сделки, отменяемой в связи с условием” [7] .

Это означало, что сделка влекла за собой последствия, все равно как если бы она была безусловной, однако к ней оказывалась присоединенной дополнительная сделка, находящаяся в зависимости от отлагательного условия, посредством которого устанавливалось, что, как только наступало предусмотренное событие, последствия сделки теряли силу [8] .

В качестве примера дополнительного соглашения с отлагательным условием можно рассмотреть оговорку lex commissoria.

Если имение продано с lex commissoria, то скорее следует думать, что покупка расторгается при наступлении условия, чем думать, что договор заключен под условием (Ульпиан, 18, 3, 1).

Тем не менее такие “добавочные определения” были нередкими в римской юриспруденции и в целом воспринимались как части той “основной” сделки, к которой они присоединялись. Поэтому можно все же сделать вывод о наличии в римском частном праве не только отлагательного, но и отменительного условия, хотя отменительные условия и появились позже [9] .

Присоединение условия “добавочным соглашением” отчасти объясняет распространенность отлагательных и отменительных условий в римской юриспруденции. Первоначально, в архаическом римском праве, сделка понималась как ритуал, обряд: “только в одной, однажды выработанной и удержанной форме акт обладает присвоенным ему юридическим значением” [10] .

Ритуальная часть затеняла представления сторон об их будущем отношении. Но позднее, когда римское право оставляет все дальше в прошлом свое единство с религией и существование в качестве мононормы, ритуальность отступает. За пределы исследования вышло бы подробное исследование той эволюции, которую С.А.

Муромцев назвал “ослабление формализма” в римском праве.

В процессе этой эволюции и сами стороны, и юристы все большее внимания обращают на все детали возникающего из сделки отношения и задают себе вопрос: “Что будет, если…?” (если покупатель не оплатит вещь, если вещь будет истребована у должника, если продавцу до передачи вещи поступит лучшее предложение).

Отлагательное условие, по сути представляющее собой простейшую связь причины и следствия, силлогизм “если… то” представляет собой удобное средство сформировать содержание будущего отношения, а возможность присоединять в качестве дополнительного соглашения оговорку об аннулировании или прекращении правовых последствий сделки в случае наступления определенного условия еще больше расширяет возможности сторон.

Отсюда следует весьма интересная подробность римских юридических текстов. Как отлагательное или отменительное условие в них толкуются такие понятия, которые в нынешней юриспруденции получили самостоятельное существование.

Кроме того, немаловажным видится следующее. В римском частном праве отлагательное условие содержало в себе определенное начало целого ряда юридических категорий, затем получивших самостоятельное юридическое существование. Приведем несколько примеров такой “эманципации”.

Во-первых, обязательство, срок исполнения которого определяется моментом востребования, берет свое начало от условной сделки римского права.

Условие “пока я хочу” можно увидеть, например, в следующем фрагменте. “Наем и просьба о прекарии, сделанная так, чтобы оставаться в силе до тех пор, пока хочет тот, кто отдал в наем или прекрарий, прекращается смертью того, кто отдал в наем или прекарий” (Помпоний. Дигесты Юстиниана, 19, 2, 4) [11] .

Формулировка “пока я хочу” считалась типичной формулировкой отменительного условия. Так, например, в ином фрагменте Дигест Юстиниана сказано о том, что “сервитуты в силу самого права не могут быть устанавливаемы… ни под условием, ни до наступления известного условия, например, “пока я хочу”” (Папиниан. Книга 8, титул 1, 4 pr.).

Во-вторых, в качестве сделки под отлагательным условием в римском праве определялся договор купли-продажи будущей вещи. С.А.

Муромцев писал о том, что купля-продажа будущего урожая представляла собой в Риме сделку, совершенную под отлагательным условием, и условием было появление этого урожая.

Если же урожай не появлялся, условие считалось ненаступившим и “обе стороны освобождались от своих обязанностей” [12] .

Вряд ли нужно доказывать, что в настоящее время недопустимо отождествлять названные понятия и правила с отлагательным и отменительным условиями.

Однажды выраженные римской юриспруденцией при помощи известных ей средств и терминов, в том числе с использованием понятия отлагательного условия, эти юридические конструкции в позднейшей юриспруденции получили самостоятельное существование.

Как влияло отлагательное (отменительное) условие на правоотношение и какое именно право можно было поставить “под условие”?

Отвечая на этот вопрос, с неизбежностью сталкиваешься с затруднениями терминологического характера. Римляне не знали деления прав на вещные и обязательственные: на вещные и обязательственные делились не права, а иски.

Деление же субъективных прав на обязательственные и вещные, равно как и сама по себе теория правоотношения, принадлежит уже не римскому праву, а позднейшей юриспруденции.

Вместе с тем мы не может выразить явления прошлого иначе, чем в словах и терминах дня настоящего.

Поэтому, сделав оговорку о том, что деление субъективных прав на вещные и обязательственные неизвестно римской юриспруденции, можно заметить: не только возникновение (прекращение) обязательства, но и возникновение (реже – прекращение) права собственности либо права на чужую вещь в римском праве могло быть связано с наступлением условия.

Прекращение отдельных прав на чужие вещи наступлением отменительного условия римляне считали недопустимым.

“Сервитуты в силу самого права не могут быть устанавливаемы ни начиная с определенного времени и до определенного времени, ни под условием, ни до наступления известного условия…” (Папиниан. Дигесты Юстиниана. 8, 1, 4) [13] .

В качестве примера условия, с которым связано прекращение обязательства, можно привести оговорку “О лучшем предложении” (in diem addictio), предоставлявшую продавцу право расторгнуть договор, если третьим лицом будут предложены более выгодные условия [14] .

“In diem addictio происходит так: “Это имение куплено тобой за сто; если кто-либо до ближайших январских календ не предложит лучших условий, в силу которых вещь будет взята от собственника (покупателя)” (Павел… 2,1) [15] .

“…Поскольку при продаже участка установлено in diem addictio, возникает вопрос: является ли это чистой (безусловной) куплей, которая, однако, расторгается при наступлении условия, или купля же является условной?” [то есть имеется ли в договоре отлагательное или отменительное условие?].

“Мне кажется, что основное значение имеет то, как заключена сделка; ибо если сделка заключена таким образом, что при предложении лучших условий можно от нее отступиться, то будет чистая купля, которая расторгается при наступлении условия; если же сделка заключена таким образом, что купля является совершенной, если не будет предложено лучших условий, то купля будет условной” (Ульпиан… 2, 2, pr.)

В качестве отменительных условий, прекращавших право собственности, рассматривались некоторые отменительные условия дарения [16] .

“…Если вещь подарена на случай смерти и тот, кто подарил, выздоровел, то надо посмотреть, имеет ли он (даритель) право на вещный иск… без сомнения даритель сможет вещь виндицировать” (Ульпиан. Дигесты Юстиниана. 39, 6, 29).

Германские юристы, считавшие (и считающие), что при передаче вещи заключается особое соглашение (распорядительная сделка), сформулировали правило: не только обязательственная, но и распорядительная сделка может быть совершена под условием.

Так, Генрих Дернбург писал: фактическая передача вещи по необходимости является чем-то безусловным, но передача, в качестве акта присвоения, допускает всякого рода условия. Обыкновенно условие сделки, лежащей в основе передачи, свойственно и самой традиции, долженствующей осуществить данную сделку. Однако бывает и иначе.

Сделка, лежащая в основе традиции, может быть безусловна, между тем как сама традиция бывает условна. “В Риме издавна действовало правило, что наступление последствий традиции, совершенной на основании купли-продажи, обусловлено уплатой или отсрочкою цены. Много спорят о том, заключает ли она в себе отсрочивающее или резолютивное условие.

Буквально оговорка о временном удержании права собственности указывает на отсрочивающее условие” [17] .

Источник: https://mir-knig.com/read_241072-2

Журнал

Отлагательное право

Стороны заключили сделку под условием. Когда такая конструкция повлечет ее недействительность

Условным сделкам в ГК РФ посвящена всего одна статья (ст. 157), несмотря на эффективность использования конструкции условного обязательства в имущественном обороте.

Условие позволяет учесть разумные ожидания сторон относительно определенных будущих событий, не отступая от принципа pacta sunt servanda1. Регулированию условных обязательств во Франции, Германии и актах унификации частного права уделено гораздо большее внимание.

Более того, проект Гражданского уложения Российской империи, равно как ГК РСФСР 1922 года, в этом смысле не отставал.

Тем не менее в действующий российский ГК значительная часть правил, посвященных условным обязательствам, не вернулась, оставив восполнение пробелов судебной практике. Рассмотрим, какие конструкции суды признают допустимыми, а какие повлекут риск недействительности сделки.

Пороки условия должны влечь недействительность всей сделки, а не ее части

Прежде всего, условие — это факт, в отношении которого неизвестно, наступит он или нет, с наступлением которого стороны связали возникновение или прекращение своих прав и обязанностей (ст.ст. 157.1, 327.1 ГК РФ).

Обстоятельства, обуславливающие сделку, не могут составлять ее существа, они носят побочный характер. В отношении условий самой сделки (о сроке, предмете или цене) побочное условие находится как бы вне обязательства, оказывая на него непосредственное влияние.

Более того, условие — факт произвольный, поэтому говорят, что стороны с его помощью имплицируют мотив в состав сделки2, тогда как по общему правилу мотив не может влиять на эффект сделки.

Формула для выражения условия «если» («есть ли»), следовательно, само слово указывает на существование или несуществование известного обстоятельства: «есть» указывает на его существование, «ли» — на сомнительность этого существования3.

Сделка, совершенная под мнимым условием, которое не носит побочный характер, не считается условной сделкой, а иногда — сделкой вообще4. Так, например, в постановлении Пленума ВАС РФ от 12.07.

2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» разъясняется, что поручительство устанавливается на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обеспеченного обязательства. При этом данное обстоятельство нельзя квалифицировать как условие, соответственно ст.

157 ГК РФ в этом случае не применяется. Пленум ВАС отдельно отметил возможность постановки поручительства под условие — отлагательное или отменительное.

В качестве отменительного условия в договоре поручительства можно указать, в частности, прекращение либо признание недействительными или незаключенными других обеспечительных сделок между кредитором и должником. Поручительством можно обеспечить условные сделки, что является приемлемым отступлением от принципа акцессорности (возникновения).

ФАС Уральского округа, толкуя положения ст. 157 ГК РФ, обозначил следующие признаки отлагательного условия:

— обстоятельство относится к будущему;

— неизвестно, наступит оно или нет;

— наступление условия должно быть возможным (постановление от 15.12.2008 по делу № А60-2396/2008).

Верное определение признаков условия все же привело ФАС Уральского округа к неверным выводам. На момент заключения договора о присоединении сетей электросвязи стороны согласовали отлагательное условие — получение оператором кодов выбора, до наступления которого у ответчика не наступает обязанность направлять трафик на сеть истца.

Суд отметил, что такое условие являлось допустимым, указанное обстоятельство отвечало требуемым признакам. Однако при этом также указал, что с момента вступления в силу постановления Правительства РФ от 25.07.

2007 № 477 «О внесении изменений в Правила оказания услуг местной, внутризоновой, междугородной и международной телефонной связи» наступление отлагательного условия стало объективно невозможным в связи с изменением действующего законодательства. Исходя из этого, суд, ссылаясь на ст.

180 ГК РФ, сделал вывод о том, что заключенный сторонами договор не соответствует действующему законодательству в части закрепления соответствующего отлагательного условия.

Вывод суда о недействительности сделки в части является непоследовательным и противоречивым, поскольку последующая юридическая невозможность наступления условия означает его ненаступление, а значит, невозникновение условных прав и обязанностей сторон.

В другом деле общество (продавец) и предприниматель (покупатель) заключили два договора купли-продажи доли в праве собственности на земельный участок. В соответствии с условиями договоров в случае отказа в государственной регистрации залога доли в праве собственности на земельный участок договоры купли-продажи расторгаются во внесудебном порядке.

Формулировка данного пункта договора не позволяет однозначно заключить намерение сторон согласовать отменительное условие, поскольку расторжение договора (пусть во внесудебном порядке) предполагает действие по его расторжению, тогда как при наступлении отменительного условия договор считается расторгнутым с момента наступления соответствующих обстоятельств.

Управление Федеральной регистрационной службы отказало в регистрации договоров залога.

Арбитражный суд установил, что на момент заключения договоров купли-продажи стороны должны были знать о невозможности государственной регистрации договоров залога, в связи с чем сделал вывод о ничтожности договоров залога (но не обусловленных ими договоров купли-продажи). Кассация сделала вывод, что отменительное условие, предусмотренное в договорах купли-продажи, не может считаться наступившим (постановление ФАС Дальневосточного округа от 14.11.2008 по делу № А51-1195/200842–93).

Представляется, что справедливым в таком случае было бы признать условие мнимым, а договоры купли-продажи недействительными.

Пороки условия должны поражать всю сделку, недействительность в части здесь неприемлема. При этом ГК РФ прямо не оговаривает судьбу обязательства, поставленного под так называемое мнимое условие. Например, А подарит В имущество, если С прибудет в город; но С уже прибыл в город, только об этом не знают участники сделки.

Тогда сделка также не может считаться условной, потому что судьба ее уже решена в самый момент ее совершения5. Иначе обстоит дело в ситуации, когда условие является изначально невозможным. Невозможное условие не является подлинным условием, поскольку неопределенность факта отсутствует, сделка не будет в состоянии неопределенности (нерешенности).

Невозможное условие делает ничтожным соглашение независимо от вида условия. Это справедливо, поскольку сделку, заключенную под невозможным резолютивным условием, нельзя считать безусловной. Участники сделки не выразили на безусловную сделку свою волю, а без воли нет и сделки6.

Немецкая юридическая наука придерживается тех же взглядов — невозможные условия делают волеизъявление бессильным7.

Выполнение условия может быть невозможным по юридическим (закон, «добрая совесть» и «добрые нравы») и естественным (физическим) причинам.

Объяснение влияния на сделку невозможных условий по естественным основаниям некоторые романисты видели в отсутствии серьезного желания со стороны того субъекта, который «отвергает то, чего желает»; объяснение влияния юридически порочных условий — в незаконности мотивов8. Кроме того, Д. Д.

Гримм невозможными называл бессмысленные условия, «которые находятся во внутреннем противоречии с содержанием сделки»9. По видам условий также различают невозможные условия положительные (точно не наступят) и отрицательные (непременно наступят)10.

Принципиальным для определения условия как мнимого по данному основанию является перманентный характер невозможности условия, поскольку изменчивый характер обстоятельств, с наступлением которых связан эффект сделки, определяют суть условия. То есть первоначальная невозможность наступления условия должна также носить изменчивый характер.

Суды не признают согласованным срок в предварительном договоре, если он зависит от условия вне влияния сторон

Современные правопорядки (ст. 157 ГК РФ, ст.ст. 1181, 1183 ФГК, § 158 ГГУ) различают условия отлагательные и резолютивные. Несмотря на кажущуюся очевидной разницу, арбитражные суды в некоторых случаях не в силах распознать соотношение условного обязательства и предварительного договора или отличить отлагательное условие от отменительного.

Источник: https://avelan.ru/mediacentre/publications/157.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.